Поручительство солидарная ответственность

Новая редакция Ст. 325 ГК РФ

1. Исполнение солидарной обязанности полностью одним из должников освобождает остальных должников от исполнения кредитору.

2. Если иное не вытекает из отношений между солидарными должниками:

1) должник, исполнивший солидарную обязанность, имеет право регрессного требования к остальным должникам в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого;

2) неуплаченное одним из солидарных должников должнику, исполнившему солидарную обязанность, падает в равной доле на этого должника и на остальных должников.

3. Правила настоящей статьи применяются соответственно при прекращении солидарного обязательства зачетом встречного требования одного из должников.

Комментарий к Ст. 325 ГК РФ

1. Должник, исполнивший обязательство, становится кредитором. Такое обязательство, как уже говорилось в разд. I, именуется регрессным. В силу регрессного обязательства одно лицо, выполнившее обязанность за другого, имеет право требовать от этого лица возмещения понесенных затрат. В данном случае существо регрессного обязательства состоит в следующем: должник, исполнивший обязательство, имеет право требовать исполненного от остальных должников (содолжников) в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого. Иное может вытекать из отношений между содолжниками.

2. При пассивной множественности лиц существуют также субсидиарные обязательства. Такое обязательство может возникнуть лишь в связи с привлечением должника к ответственности, и существованием кроме этого (основного) должника, привлекаемого к ответственности, дополнительного (субсидиарного) должника. Существо субсидиарного обязательства в том, что, прежде чем предъявлять требование субсидиарному должнику, кредитор должен предъявить требование к основному должнику. И только если основной должник не исполняет обязательство, требование может быть предъявлено к субсидиарному должнику (ст. 399 ГК РФ). Так, участники полного товарищества солидарно несут субсидиарную ответственность своим имуществом по обязательствам товарищества (п. 1 ст. 75 ГК РФ).

Судебная практика.

При рассмотрении требований лица, уплатившего по векселю, к другим обязанным по векселю лицам следует учитывать, что при регрессной ответственности по векселю правила, установленные п. 2 ст. 323 и п. 2 ст. 325 Кодекса, не применяются (Постановление Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 04.12.2000 N 33/14).

Другой комментарий к Ст. 325 Гражданского кодекса Российской Федерации

1. Правило п. 1 комментируемой статьи корреспондирует правилу п. 1 ст. 408 ГК о прекращении обязательства надлежащим исполнением. Обязательство между всеми солидарными должниками и кредитором прекращается вследствие полного, т.е. надлежащего исполнения солидарной обязанности как одним из должников, так и несколькими из них.

2. Обязанность остальных должников по регрессному требованию должника, исполнившего солидарную обязанность, предполагается долевой, если иное не вытекает из отношений между ними. Иные правила могут также быть установлены в специальных нормах. Например, в информационном письме Президиума ВАС РФ от 25 июля 1997 г. N 18 «Обзор практики разрешения споров, связанных с использованием векселя в хозяйственном обороте» (Вестник ВАС РФ. 1997. N 10) отмечается, что отношения между лицами, несущими солидарную ответственность перед вексельным кредитором, регулируются нормами Положения о переводном и простом векселе, а не нормами ст. ст. 322 — 325 ГК.

3. Правила п. 2 ст. 325 являются общими и применяются в случае, если для отдельных видов обязательств законом не установлено иное. Так, например, согласно п. 2 ст. 1081 ГК причинитель вреда, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения в размере, соответствующем степени вины этого причинителя вреда; в этом случае доли признаются равными лишь при невозможности определить степень вины каждого из причинителей вреда.

Обратная сила закона

В рассматриваемом деле суды оценивали сущность нормы о контролирующем характере статуса бывшего генерального директора ООО «Товары будущего». Суд округа не согласился с доводами налоговой о применении презумпции контроля. Он отметил: в деле применим абз. 31 ст. 2 закона о банкротстве в редакции № 134-ФЗ. По смыслу этой нормы, бывший директор никак не может считаться контролирующим должника лицом, поскольку исполнял обязанности генерального директора в период с 2009 года до 15 апреля 2014 года, то есть за пределами двухлетнего срока принятия заявления о признании должника банкротом (оно было подано 29 апреля 2016 года).

«Верховный суд заинтересовался заявителем жалобы, и коллегия решила проверить, не нарушены ли интересы государства нижестоящими судами», — считает Ольга Савина, управляющий партнер Parallel Legal Consulting, которая представляет в этом деле одного из ответчиков. Здесь, как и в нашумевшем споре «Дальней степи», основной кредитор — уполномоченный орган. Его требования составляют 99,93% всей кредиторской задолженности, включенной в реестр.

В кассационной жалобе в ВС налоговая настаивает на применении к директору презумпции доведения должника до банкротства (пп. 3 п. 2 ст. 61.11 закона о банкротстве, п. 26 постановления Пленума ВС № 53). «Основания для привлечения лиц к субсидиарной ответственности возникли в период с 2014 по 2016 годы. Те действия, за которые, по мнению ФНС, должны понести ответственность привлекаемые лица, были задолго до налоговой проверки — и до вступления в силу норм Закона № 266-ФЗ», — объясняет Савина. «Практика по субсидиарной ответственности уже давно складывается не в пользу ответчиков. А если речь идёт об интересах государства, шансы на победу уходят вниз в геометрической прогрессии. Достаточно вспомнить дела ЗАО «Орбита», ООО «Дальняя степь» или ООО «Альянс»», — отметила Юлия Михальчук,специалист по банкротству, советник Saveliev, Batanov & Partners .

Вопрос о том, относятся ли доказательственные презумпции к материальным нормам или носят сугубо процессуальный характер, не впервые оказывается в поле зрения российских судов. Так, ВС указывал, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности. А материально-правовые нормы о порядке привлечения к этой ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (N 308-ЭС17-6757; N 305-ЭС19-10079). Арбитражные суды в ряде актов напрямую признали материальный характер доказательственных презумпций в нормах о субсидиарной ответственности (N 81-р; N 37-О-О; N 262-О-О; N 745-О-О; N 691-О-О; N 3-П; N А45-23369/2011). Кроме того, из акта в акт повторяется следующая формулировка: «Поскольку вопросы субсидиарной ответственности — это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила» (N 09АП-81009/2019; N А35-10085/2015; N А43-36755/2017).

Причинно-следственная связь

В деле о банкротстве ООО «Товары будущего» довод заявителя о привлечении к ответственности целой группы лиц базируется на сложной цепи фактических обстоятельств. ФНС утверждает, что должник, уклонившись от уплаты налога на прибыль, попытался скрыть вырученные средства с помощью аффилированных лиц.

Общепринятой в науке и судебной практике является точка зрения о деликтном характере субсидиарной ответственности. Она базируется на принципе генерального деликта (ст. 1064 ГК). Субсидиарная ответственность является частным случаем деликтной ответственности, наступающей за вмешательство третьего лица в обязательство (п. 2, 6, 15, 22 постановления Пленума ВС от 21.12.2017 № 53). Деликтные отношения, в свою очередь, обусловлены прямой и непосредственной причинной связью между противоправным деянием и вредом, причиненным потерпевшему. При этом наступление вреда может быть вызвано другими обстоятельствами, и выводить причинно-следственную связь только из хронологии неверно.

Причинно-следственная связь имеет особое значение в отношениях, связанных с возмещением чистых экономических убытков, к которым с некоторыми оговорками относится субсидиарная ответственность. Важная особенность причинно-следственной связи при причинении чистых экономических убытков — это появление в механизме привлечения к ответственности нового субъекта. Доказывание причинно-следственной связи серьезно усложняется тем, что вред причиняется ответчиком не напрямую, а путем проникновения в сферу интересов третьего лица. Например, в договорные отношения, как в случае с субсидиарной ответственностью.

Законодатель и судебная практика были вынуждены защитить ответчиков от необоснованного взыскания чистых экономических потерь. Они возложили бремя доказывания причинно-следственной связи на заявителя. Недоказанность причинно-следственной связи является основанием для отказа судов в привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности или направления спора на новое рассмотрение (N Ф05-5615/2019; N Ф05-11295/2020; N Ф05-7188/2020; N Ф05-15267/2019).

ВС не ограничился абстрактным разъяснением п. 16 постановления Пленума № 53. Судебная коллегия по экономическим спорам подчеркнула, что за доведение должника до банкротства могут быть привлечены только те лица, чье виновное поведение привело к невозможности погашения задолженности перед кредиторами должника (№ А56-26451/2016). При этом суд указал, что для доказывания такой причинно-следственной связи нужно учесть три критерия:

наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника; ведет ли реализация ответчиком соответствующих полномочий к негативным для должника и его кредиторов последствиям;к ответственности подлежит привлечению лицо, инициировавшее подобную сделку и (или) получившее выгоду от ее совершения. При этом выгода может быть потенциальной.

В деле ООО «Товары будущего» привлекаемое лицо — ООО «Ресурсинвест» — не входило в структуру управления должником. Это обстоятельство заявителем не доказано. Его аффилированность с должником опровергнута вступившим в законную силу решением суда по уголовному делу. Следовательно, этот ответчик не мог оказывать существенного влияния на деятельность должника.

Налоговая не доказала факт причинения вреда ответчиком ООО «Ресурсинвест». Исходя из недоказанности первого критерия, ответчик не мог реализовать описанные в нем полномочия в связи с невозможностью контролировать деятельность должника.

По мнению Арбитражного суда Московского округа, ООО «Ресурсинвест», возведя имущественный комплекс к началу 2012 года, не могло получить выгоду от налоговой недоимки в период с 4 декабря 2012 по 31 декабря 2014 года и с 1 января 2015 года по 30 марта 2016 года. Таким образом, ООО «Ресурсинвест» не строило имущественный комплекс на деньги, полученные путем уклонения должником от налогов. А значит, причинно-следственная связь здесь отсутствует.

«Признание правомерности доводов ФНС может нанести непоправимый вред гражданскому обороту. Действительно, ООО «Ресурсинвест» инициировало описанные сделки. Но не как контролирующее лицо, а как сторона договора — участник нормального гражданского оборота. Речь шла о реализации права на внешнюю свободу договора — его заключение. Сам факт заключения договора с должником, совершившим налоговые правонарушения, не означает аффилированности и намерения причинить вред его кредиторам», — говорит Савина. По ее мнению, в таком случае подлежат оценке условия спорных сделок и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Кредитор обратился в арбитражный суд с иском к поручителю о возврате основной суммы долга и уплате процентов за пользование денежными средствами, поскольку должник обязательство не исполнил. Как следует из материалов дела, договором поручительства предусмотрена ответственность поручителя за исполнение заемщиком обязательства по возврату основной суммы долга и уплате процентов за пользование денежными средствами. В связи с неисполнением обязательства должником кредитор обратился с требованием о платеже к поручителю, несущему солидарную ответственность с должником. Поручитель от удовлетворения предъявленного ему требования отказался.
1. Несет ли ответственность поручитель по договору поручительства?
2. В каких случаях данная ответственность является солидарной?
3. В каком размере поручитель несет ответственность перед кредитором?

24 января 2020

Рассмотрев вопрос, мы пришли к следующему выводу:
1. Договор поручительства, оформленный с соблюдением установленных законом требований, порождает для поручителя обязанность отвечать перед кредитором третьего лица за исполнение последним его обязательства.
2. По общему правилу поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно (иное может быть установлено законом или договором).
3. По общему правилу поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник (иное может быть предусмотрено договором).

Обоснование вывода:
Под обязательством в гражданском законодательстве понимается обязанность лица (должника) совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие: например, передать имущество, выполнить работу, оказать услугу и т.п., либо воздержаться от определенного действия (п. 1 ст. 307 ГК РФ). Кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.
Обязательства могут возникать из различных оснований, в том числе из договоров и других сделок (п. 2 ст. 307 ГК РФ). В силу положений ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований — в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Таким образом, надлежащим образом оформленный гражданско-правовой договор порождает для его сторон соответствующие права и обязанности, имеющие обязательную силу.
По договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части (п. 1 ст. 361 ГК РФ). Такой договор, как правило, заключается между кредитором и поручителем (п. 1 ст. 361 ГК РФ) и может быть заключен без согласия или уведомления должника (п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 N 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством»). Возможно составление трехстороннего договора поручительства — между кредитором, должником и поручителем.
Договор поручительства должен быть совершен в письменной форме. Ее несоблюдение влечет недействительность договора (ст. 362 ГК РФ). При этом договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (условие о предмете договора, условия, которые в законе или иных правовых актах определены как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение). Существенными условиями для договора поручительства являются: сведения о лице, за которое выдается поручительство (п. 1 ст. 361 ГК РФ), а также сведения об обязательстве, по которому предоставлено поручительство (ст. 361 ГК РФ). Договор, оформленный с соблюдением указанных требований, безусловно порождает для поручителя обязанность отвечать перед кредитором третьего лица за исполнение последним его обязательства.
По общему правилу поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно (ст. 322, п. 1 ст. 363 ГК РФ), что означает, что кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга (п. 1 ст. 323 ГК РФ). Однако законом или непосредственно договором поручительства может устанавливаться субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель, отвечающий субсидиарно, может быть привлечен к ответственности при условии, что основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование. Взыскание с такого поручителя задолженности солидарно с основным должником является неправомерным (п. 1 ст. 399 ГК РФ, п. 6 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017).
Аналогичным образом регулируется и вопрос об объеме ответственности поручителя: согласно п. 2 ст. 363 ГК РФ поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником. Однако договором могут быть оговорены более узкие пределы ответственности поручителя (п. 4 Обзора практики разрешения споров, связанных с применением арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о поручительстве (Приложение к Информационному письму Президиума ВАС РФ от 20.01.1998 N 28), п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 N 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством»).
Таким образом, если договор поручительства не содержит указания на субсидиарный и ограниченный характер ответственности поручителя, последний отвечает солидарно с должником в полном объеме обязательств последнего. Отметим, что в случае возникновения спора по обязательству, обеспеченному договором поручительства, окончательный вывод по ситуации может сделать только суд, исходя из установленных обстоятельств конкретного дела.

Ответ подготовил:
Эксперт службы Правового консалтинга ГАРАНТ
Золотых Максим

Ответ прошел контроль качества

Одним из наиболее актуальных вопросов при привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц юридического лица, находящегося в процедуре банкротства является судьба имущества, принадлежащего на праве собственности супругу лица, привлекаемого к такой ответственности.
К сожалению, многие считают, что предав своё имущество супругу и оформив развод с ним можно полностью исключить возможность обращения взыскания на данное имущество. Однако анализ складывающейся судебной практики говорит о том, что данный путь защиты активов не только не обеспечивает достижение поставленной цели, а наоборот может явиться основанием не только для обращения взыскания на данное имущество, но и для возложения на супруга, в том числе и бывшего, дополнительных обязательств.
Истребование ранее переданного имущества может быть осуществлено через процедуру банкротства лица, привлеченного к субсидиарной ответственности и оспаривание сделок, совершённых им в течение трёх лет, предшествующих начале процедуры банкротства. Наша практика позволяет утверждать, что совершение сделок с супругом, в том числе заключение брачного договора, договора дарения, купли-продажи и т.д. не только не обеспечивает защиту существующих активов, но и вызывает у суда максимально пристальное внимание к деталям совершения данных сделок.

Так же не является способом защиты активов передача имущества супругу с его последующей реализацией третьим лицам, особенно если такая реализация происходит в течение не продолжительного времени после его получения от супруга, привлекаемого у субсидиарной ответственности. В таких случаях суды не истребуют от супруга переданное ему имущество, а возлагают на последнего обязательства по выплате соответствующих денежных средств.
Так же следует отметить, что действующее законодательство и судебная практика предусматривают возможность обращения взыскания на имущество второго супруга и в том случае, если в период брака оно изначально оформлялось на него и никаких сделок с ним не совершалось. Реализуется эта возможность через использование механизма выделения имущества одного из супругов из состава общего имущества супругов.
Указанные обстоятельства позволяют утверждать, что оформление тем или иным образом имущества на одного из супругов не может обеспечивать его сохранность. В связи с этим мы рекомендуем использовать для защиты имущества иные имеющиеся механизмы, не привлекая к этому супруга.