Все о конституционном суде РФ

УДК 342.56

ПРАВОВОЙ СТАТУС КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

LEGAL STATUS OF CONSTITUTIONAL COURT IN THE RUSSIAN FEDERATION

Косяков С. С. студент, ЮБ 413, ЮРИУ РАНХИГС

Kosyakov S. S. student, UB 413,

The Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration

В статье анализируется положение Конституционного Суда Российской Федерации Российской Федерации в иерархии судебной системы. Рассмотрены его основные направления деятельности, связь с Конституцией Российской Федерации. Делаются выводы о возможных направлениях дальнейшего совершенствования российской судебной системы и Конституционного Суда Российской Федерации в частности.

Ключевые слова: Конституционный Суд Российской Федерации; судебная система; Российская Федерации; Конституция Российской Федерации.

of improvement of the Russian judicial system and the Constitutional Court in particular.

Key words: Constitutional Court; the judicial system; The Russian Federation; Constitution of the Russian Federation.

Особое место в системе отношений, регулируемых конституционным правом , занимают отношения, связанные с деятельностью такого судебного органа , как Конституционный Суд Российской Федерации . Конституционный Суд Российской Федерации является судебным органом конституционного контроля, самостоятельно и независимо осуществляющим судебную власть посредством конституционного судопроизводства. Законодательство о Конституционном Суде Российской Федерации состоит из Конституции Российской Федерации и Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Конституционный Суд разрешает дела о соответствии Конституции Российской Федерации:

1) федеральных законов, нормативных актов Президента, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации;

2) конституций республик, уставов, а также законов и иных нормативных актов субъектов Федерации, изданных по вопросам, относящимся к ведению органов государственной власти Российской Федерации и совместному ведению органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Федерации;

3) договоров между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Федерации, договоров между органами государственной власти субъектов Федерации;

4) не вступивших в силу международных договоров Российской Феде-рации.

Это полномочие Конституционного Суда называется абстрактным конституционным контролем. Абстрактный конституционный контроль означает проверку соответствия указанных актов Конституции Российской Федерации независимо от их применения в конкретном деле. Конституционный Суд осуществляет последующий контроль за соответствием Конституции Российской Федерации законов, иных нормативных актов, конституционно-правовых договоров и предварительный контроль за соответствием Конституции Российской Федерации международных договоров. Последующий контроль означает, что Суд разрешает дела о соответствии только вступивших в силу законов, иных нормативных актов. Предварительным контроль означает, что Суд разрешает дела о соответствии только не вступивших в силу международных договоров, заключенных Российской Федерацией.

Конституционный Суд по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном де-ле.

Это полномочие Суда называется конкретным конституционным контролем, который всегда связан с применением или возможностью применения закона в конкретном деле. При принятии к рассмотрению жалобы производство в суде или ином органе по делу, в котором применен или подлежит применению обжалуемый закон, может быть приостановлено по решению суда или иного органа. Такое обращение возможно, если суд при рассмотрении дела в любой инстанции придет к выводу о несоответствии Конституции Российской Федерации закона, примененного или подлежащего применению в данном деле. В период с момента принятия к рассмотрению обращения суда в Конституционный Суд и до принятия постановления Конституционного Суда производство по делу или исполнение вынесенного судом по делу решения приостанавливается.

Конституционный Суд дает толкование Конституции Российской Федерации Правом на обращение в Конституционный Суд с запросом о толковании Конституции Российской Федерации обладают Президент, Совет Федерации, Государственная Дума, Правительство России, законодательные органы государственной власти субъектов Федерации.

Толкование Конституции Российской Федерации, осуществляемое по запросам управомоченных лиц Конституционным Судом, является нормативным, то есть разъяснение конституционных норм дается безотносительно их реализации, применения в каком-либо конкретном деле.

Будучи, безусловно, органом судебной власти, в то же время Конституционный Суд Российской Федерации -«больше, чем суд». Природа его деятельности не исчерпывается правоприменением, а в итоге все более сближается с правотворчеством. Именно образование Конституционного Суда стало решающим шагом на пути утверждения в нашей стране идей «живой» Конституции. Это обеспечивается прежде всего на основе толкования положений самой Конституции — как официального, так и казу-ального( в связи с конкретными делами заявителя). Толкуя Конституцию, Суд осуществляет по сути нормативно-доктринальную, квазиправотворческую функцию, когда принимаемые им решения становятся в этом случае частью Конституции, сопоставимы с ней по юридической силе.

Что же касается конкретных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, которые, «оживляя» действующий Основной закон, создают реальные политико-правовые гарантии его стабильности посредством интерпретационно — преобразовательного воздействия на Конституцию, все основные ее институты обволакивает нормативно-доктринальная энергетика решений Конституционного Суда Российской Федерации.

В правовых позициях Конституционного Суда находит отражение тот факт, что конституционное правосудие является решающим гарантом «преобразовательно-динамической» стабильности Конституции России и закреп-

Электронный вестник Ростовского социально-экономического института. Выпуск № 4 (октябрь — декабрь) 2014

ленных в ней основополагающих принципов, высших ценностей личности, общества, государства. При этом практика конституционного правосудия объективирует как формально-юридические начала, так и социальную сущность Конституции.

В отдельных субъектах Российской Федерации созданы конституционные (уставные) суды. По мнению Малиненко Э.В. именно субъекту Российской Федерации предоставлено право определять необходимость создания конституционного или уставного суда для рассмотрения вопросов соответствия законов, нормативных правовых органов государственной власти, органов местного самоуправления субъекта Российской Федерации конституции (уставу) субъекта Российской Федерации, в том числе и для толкования конституции (устава) субъекта Российской Федерации. Однако, не все субъекты используют данное право. Тем самым Конституционный Суд становится гарантом неразрывности Фактической и юридической Конституции, на основе чего и становится возможным сочетание ее стабильности и динамизма, достижение гармонии между буквой и духом Конституции, раскрытие ее внутреннего потенциала в изменяющихся условиях.

Список литературы

1. Козлова Е.И., Кутафин О. Е. Конституционное право России. М., 2010.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

3. Малиненко Э.В. Конституции и уставы субъектов Российской Федерации. ЮРИФ РАНХ и ГС , 2012

4. Баранов П.П. Тенденции и перспектива правового развития гражданского общества в России // Философия права, 2006, №1

6. Баранов П.П. Влияние конституционного правового регулирования на легитимность государственной власти в современной России //СевероКавказский Юридический Вестник,2013,№ 1.

7. Волова Л.И. Деятельность международного уголовного суда и трибуналов ad hoc — новый этап в развитии международного гуманитарного пра-ва.//Северо-Кавказский Юридический Вестник,2011 ,№3;

8. Воропанов В.А. Судебно-правовая политика Российской верховной власти в Южном Поволжье и Южном Приуралье в XVII—XVIII вв. //СевероКавказский Юридический Вестник,2009,№2.

11.03.2008

Делать это, согласно решению Конституционного суда, можно теперь только в случае конкретной угрозы, в приграничных или криминогенных районах. Выборочно сканировать номера проезжающих машин разрешено при розыске угнанных автомобилей

11 марта Конституционный суд ФРГ признал автоматическое сканирование номерных знаков машин на немецких автострадах противоречащим основному закону страны.

Делать это, согласно решению КС, можно теперь только в случае конкретной угрозы, в приграничных или криминогенных районах. Выборочно сканировать номера проезжающих машин разрешено при розыске угнанных автомобилей

Для обнаружения преступников в распоряжение правоохранительных органов с каждым годом поступает всё более современная техника. Однако её применение зачастую приводит к нарушению основных прав и свобод человека, как, например, это произошло в Германии в случае со сканерами, позволяющими считывать номерные знаки автомобилей. Сканеры, считывающие номерные знаки автомобилей, работают по принципу фоторадаров, фиксирующих превышение скорости. Принципиальное отличие состоит в том, что в их электронную память попадают все проезжающие мимо машины, а не только нарушившие правила дорожного движения. Эти данные автоматически сравниваются с имеющейся информацией о разыскиваемых преступниках или правонарушителях, чтобы обнаружить их местонахождение, найти угнанный или незастрахованный автомобиль. В половине из 16 федеральных земель Германии действуют схожие предписания, позволяющие правоохранительным органам использовать подобного рода технику.

Право на самоопределение даёт гражданину возможность самому решать, кому предоставлять свои личные данные. Уязвлёнными в этом праве почувствовали себя трое водителей из федеральных земель Гессен и Шлезвиг-Гольштейн. Они-то и подали иск в Конституционный суд, решение которого имеет теперь последствия не только для этих, но и для других федеральных земель.

Полную версию сообщения, которое подготовил Андрей Бреннер, слушайте в информационно-аналитической программе «Хроника дня».

9. КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО, КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУДЕБНЫЙ ПРОЦЕСС, МУНИЦИПАЛЬНОЕ ПРАВО

9.1. КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД КАК ГАРАНТ ЦЕЛОСТНОСТИ ГОСУДАРСТВА: НА ПРИМЕРЕ СЕРБИИ

Половченко Константин Анатольевич, кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры конституционного права Место работы: МГИМО (У) МИД России

Аннотация: Согласно статье 166 Конституции Республики Сербия 2006 года Конституционный суд является самостоятельным и независимым государственным органом, осуществляющим защиту конституционности и законности, а также прав и свобод человека и меньшинств. В качестве защитника конституционности и законности, прав и свобод человека и меньшинств Конституционный суд Сербии наделен обширными полномочиями, направленными, в том числе, на обеспечение конституционности и законности при осуществлении гражданами прав на краевую автономию. В рамках данной статьи автор анализирует деятельность Конституционного суда в качестве гаранта суверенитета и государственной целостности Республики Сербия. Исследуя решения Конституционного суда, касающиеся правового статуса Автономного края Воеводина, автор приходит в выводу об эффективной деятельности Конституционного суда Сербии, направленной на защиту интересов Республики Сербия как «государства сербского народа и всех живущих в нем граждан».

Ключевые слова: Конституция Сербии 2006 года; Административная автономия; Система органов автономного образования; Автономный край Воеводина; Устав Автономного края Воеводина; Конституционный суд; Конституционность и законность; Решение Конституционного суда.

THE CONSTITUTIONAL COURT AS A DEFENDER OF STATE INTEGRITY OF

THE REPUBLIC OF SERBIA

Конституционный суд Сербии является одним из старейших органов конституционного контроля на европейском континенте . Возникнув еще во времена СФРЮ в соответствии с Конституцией Социалистической Республики Сербия 1963 года, он стал примером реализации кельзеновской модели конституционного контроля в социалистических государствах , . С принятием новых конституций как социалистического, так и постсоциалистического периода, значительно менялся объем его компетенции, при том, что он продолжал оставаться органом, деятельность которого была направлена на защиту конституционности и законности в государстве. Не исключением, в свете вышесказанного, является принятие в 2006 году новой Конституции Республики Сербия, в

соответствии с которой Конституционный суд является самостоятельным и независимым государственным органом, осуществляющим защиту конституционности и законности, а также права и свободы человека и меньшинств . Для реализации защиты конституционности и законности, права и свободы человека и меньшинств Конституционный суд обладает объемной компетенцией в таких сферах как: нормокон-троль, разрешение споров о компетенции, рассмотрение конституционных жалоб граждан, запрещение деятельности общественных объединений, привлечение к ответственности президента Республики . В рамках настоящего исследования планируется провести анализ деятельности Конституционного суда Сербии по контролю конституционности и

Проблемы экономики и юридической практики

законности нормативного регулирования правового статуса автономных образований в Республике Сербия.

Итак, согласно статье 12 Конституции 2006 года Сербия государственная власть в Республике Сербия ограничивается правом граждан на краевую автономию и местное самоуправление . Этот базовый конституционный принцип получил свое развитие в главе 7 Конституции «Территориальное устройство». Так, в соответствии со статьей 177 Конституции Республики Сербия автономные края обладают полномочиями по вопросам, которые целесообразным образом могут быть решены в автономном крае, при условии, если эти вопросы не относятся к компетенции Республики Сербия . При этом наряду собственными полномочиями, осуществляемыми автономным краем самостоятельно в рамках гарантий, предусмотренных Конституцией, автономный край также осуществляет делегированные полномочия, передаваемые ему Республикой Сербия. Таким образом, в отличие от собственных полномочий делегированные полномочия автономного края являются государственными полномочиями, осуществляемыми им в соответствии со статьей 178 Конституции при предоставлении необходимых средств из государственного бюджета и под надзором компетентных государственных органов .

Что же касается собственных полномочий автономных краев, то следует обратить внимание на положения статьи 183 Конституции Республики Сербия, в соответствии с которыми «автономные края регулируют вопросы краевого значения в соответствии с законом». Таким образом, во исполнение положений статьи 183 Конституции для Автономного края Воеводина в 2009 году был принят Закон об установлении компетенции автономного края Воеводина. Этот Закон 2009 года, наряду с вопросами, входящими в компетенцию Автономного края Воеводина включил вопросы, относящиеся к компетенции Республики Сербия. Однако в соответствии со статьей 178 Конституции Республики Сербия она вправе передать в ведение автономных краев отдельные полномочия, относящиеся к ее компетенции специальным законом о передаче полномочий при одновременном предоставлением средств для их осуществления. Таким образом, в Законе об установлении компетенции автономного края Воеводина были объединены вопросы республиканского и краевого ведения в едином предельно широком перечне вопросов краевого ведения. Помимо этого, в вышеуказанном Законе 2009 года, несмотря, в том числе, и на его название, наряду с вопросами, устанавливающими компетенцию Автономного края Воеводина, были урегулированы и иные вопросы, затрагивающие статус Автономного края. Вышеописанные пороки Закона об установлении компетенции автономного края Воеводина являлись однозначными нарушениями конституционных норм, устанавливающих основы статуса автономных образований в Республике Сербия. К тому же ведущие сербские конституционалисты отмечали, что и «дух и буква» Закона об установлении компетенции автономного края Воеводина 2009 года создавали очевидные основания для сепаратизма в Автономном крае Воеводина. Более того, по мнению профессора Марковича, первая редакция Закона 2009 совместно с Уставом Автономного края 2009 года, по сути, представляли собой конституцию в материальном смысле .

В итоге, совершенно логично Закон об установлении компетенции Автономного края Воеводина 2009 года1 стал объектом проверки на конституционность в Конституционном суде Республики Сербия .

Результатом этой проверки стало Решение Конституционного суда от 10 июля 2012 года. Следует обратить внимание на то, что Решение Конституционного суда по данному делу ознаменовало качественный сдвиг в деятельности органа конституционного контроля Сербии, поскольку впервые в своей практике Конституционный суд Республики Сербия поставил перед собой задачу дать теоретическое обоснование пред-ставленой в Конституции 2006 года концепции территориальной автономии в Республике Сербия. Таким образом, Конституционный суд Сербии стремился создать на основании положений Конституции 2006 года доктринальную основу территориальной автономии. Без этого он просто «не смог бы приступить к проверке конституционности оспоренных положений Закона» . Так, Конституционный суд обратил внимание на две формы реализации территориальной децентрализации. Первая форма это деволюция, соответственно, передача части государственных полномочий. По мнению Конституционного суда, это наиболее содержательный вид децентрализации, в рамках которого, «государство часть компетенции своих центральных, государственных органов, передает в исключительную компетенцию органам нижнего уровня власти — органам автономных единиц и органам местного самоуправления» . Второй вид децентрализации это делегация, предоставление отдельных полномочий государственной власти, как негосударственным органам, так и органами государственной власти более низкого уровня. Кроме того, в своем решении Конституционный суд установил, что «Конституцией, как основным юридико-политическим актом, заложен фундамент построения Республики Сербия, как государства, которое является «сервисом» для своих граждан, и что это достижимо только в условиях децентрализации центральной (государственной) власти. Таким образом, государство с принятием Конституции 2006 года взяло на себя обязательство «отказаться» от части своих полномочий, с тем чтобы их передать в компетенцию органов более низкого уровня — краевую автономию и местное самоуправление. В результате, переданная компетенция, в интересах граждан, которые живут, работают, удовлетворяют свои потребности и осуществляют свои права на территории автономного края или единицы местного самоуправления, становится собственной компетенцией автономных краев и единиц местного самоуправления» . Таким образом, Конституционный суд в своем Решении от 10 июля 2012 года ввел новое, неправовое понятие, «государство как общественный сервис», которое должен внести свой вклад в по-

1 Так, Закон об установлении компетенции Автономного края Воеводина был принят 30 ноябре 2009 года. А уже 24 декабря 2009 года группа оппозиционных депутатов возбудила в Конституционном суде дело о проверке конституционности Закона. Конституционный суд 18 февраля 2010 года направил Народной скупщине предложение о контроле конституционности для предоставления ответа. Народная скупщина, предоставила ответ только через год 20 января 2011 года. Из-за исключительной сложности дела, а также из-за большого количества оспоренных положений Закона, Конституционный суд, после определения спорных конституционно-правовых вопросов организовал публичные слушания 23 ноября 2011 года, на которые были приглашены выдающихся сербские конституционалисты. Интересно то, что по этому резонансному делу Конституционный суд вынес решение 10 июля 2012 года, после парламентских выборов и победы оппозиции, которая и оспорила конституционность этого закона.

нимание конституционно-правовой концепции территориальной автономии2.

В итоге, на основании представленного в Решении от 10 июля 2012 года своего теоретического обоснования конституционной концепции территориальной автономии Конституционный суд признал не соответствующими Конституции Республики Сербия, положения, объединившие собственные полномочия и полномочия, делегированные Автономному краю Воеводина, в единую «компетенцию Автономного края Воеводина». Кроме того, неконституционными были признаны положения, регулирующие отдельные полномочия Автономного края Воеводина в качестве собственных полномочий автономного края, а не делегированных полномочий при том, что они отсутствуют в части 2 статьи 183 Конституции Республики Сербия, устанавливающей «перечень» собственных полномочий автономного края.

В рамках проверки по вышеуказанному делу Конституционным судом Республики Сербия было установлено, что помимо описанных выше, еще более двадцати нормативных положений Закона об установлении компетенции Автономного края Воеводина 2009 года противоречат Конституции Республики Сербия3. Так, Решением Конституционного суда Сербии от 10 июля 2012 года были признаны противоречащими Конституции и утратили юридическую силу положения, фактически ограничивающие полномочия государственных органов, в частности, Правительства Сербии . Это, например, касалось, формирования Постоянной смешанной комиссии из членов Правительства и представителей исполнительных органов Автономного края Воеводина. По замыслу разработчиков Закона Постоянная смешанной комиссии создавалась Правительством по инициативе исполнительного органа Автономного края в целях законного, успешного и беспрепятственного осуществления полномочий Автономным краем Воеводина (пункт 3 части 5 Закона). Решением Конституционного суда от 10 июля 2012 года из текста Закона об установлении компетенции Автономного края Воеводина были исключены, признанные не соответствующими Конституции нормативные положения, регулирующие статус Автономного края Воеводина, которыми, как правило, характеризуются только суверенные государства, (например, устанавливающие столицу Воеводины, а также о предусматривающие открытие представительства Воеводины в Брюсселе. Помимо вышеуказанного, из текста Закона об установлении компетенции Автономного края Воеводина были исключены выражения, подменяющие термины, установленные Конституцией Сербии. Это, например, касается использования в Законе об установлении компетенции Автономного края Воеводина в отношении Воеводины термина «регион» вместо предусмотренного Конституцией термина «автономный край». Таким образом, осуществляя контроль конституционности Закона об установлении компетенции Автономного края Воеводина Конституционный суд Сербии выступил гарантом верховенства Конституции и закрепленных ей основ территориального устройства Республи-

2 При этом, профессор Симович справедливо замечает, введение нового понятия не обеспечило полного раскрытия заложенной к Конституции концепции территориальной автономии, так как содержание самого понятия остается не до конца ясным .

3 Следует обратить внимание на то, что еще около двадцати оспоренных

положений этого Закона были признаны Конституционным судом соответствующими Конституции Республики Сербия .

ки Сербия и своим Решением способствовал упрочению суверенитета на всей территории государства.

Еще одним важнейшим для обеспечения суверенитета и целостности Республики Сербия решением, связанным предыдущим и справедливо названным сербскими конституционалистами «образцовым», было Решение Конституционного суда Сербии от 5 декабря 2013 года. Особое значение этого Решения заключается в том, что его выводы стали логическим завершением длительного процесса проверки Конституционным судом конституционности и законности Устава Автономного края Воеводина 2009 года.

Итак, согласно части 1 статьи 185 Конституции Республики Сербия Устав является высшим правовым актом автономного края. Именно в уставе на основании и во исполнение Конституции Сербии устанавливается круг собственных полномочий автономного края, порядок формирования, организация и деятельность его органов и другие вопросы, представляющих интерес для автономного края. Устав автономного края принимается краевой скупщиной, с предварительного согласия Народной скупщины (ч.2 ст. 185 Конституции РС). Причем согласие сербского Парламента дается в виде принятия специального правового акта, которым утверждается текст устава, представленного краевой скупщиной. В части 2 статьи 182 Конституция Республики Сербия предусмотрено, что Республика Сербия имеет на своей территории Автономный край Воеводина и Автономный край Косово и Метохия. При этом из двух ныне существующих на территории Республики Сербия автономных краев свой Устав принял только Автономный край Воеводина4. Так, с принятием новой Конституции Сербии 2006 года на ее основании был принят Устав Автономного края Воеводина 2009 года. При этом Устав Автономного края Воеводина в 2009 году имел ряд недостатков, в том числе связанных с нарушением, как буквы, так и духа Конституции Республики Сербия 2006 года. В частности, вопреки положениям статьи 183 Конституции Сербии Устав Автономного края Воеводина 2009 года расширил круг вопросов, отнесенных Конституцией к предметам ведения автономного края. Кроме того, как справедливо отмечает профессор Маркович, и по своей структуре и дикции он напоминал скорее конституцию. Более того, большинство положений Устава Автономного края Воеводина 2009 года, касающихся порядка организации и деятельности органов Автономного края Воеводина просто копировали соответствующие положения Конституции Республики Сербия 2006 года . По сути, разработчики Устава Воеводины 2009 года перенесли структуру организации власти Республики Сербия, установленную Конституцией Сербии 2006 года на краевой уровень, соответственно, на порядок организации и взаимоотношения органов власти Автономного края Воеводина, отождествив названия отдельных краевых органов с органами государственной власти Республики Сербия. В результате такого «свободного» нормотворчества, в Сербии появился, например, помимо высшего исполнительного органа Республики, еще один орган с названием Правительство, но уже на уровне Автономного края Воеводина.

К иным «конституционным порокам» Устава Автономного края Воеводина 2009 года можно отнести то, что было проигнорировано установленное Конституцией Сербии 2006 года

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

4 Следует обратить внимание на то, что еще на основании Конституции Республики Сербия 1990 года Автономный край Воеводина принял Устав 1991 года. С принятием же новой Конституции Сербии 2006 года на ее основании был принят Устав Автономного края Воеводина 2009 года.

Проблемы экономики и юридической практики

различие между государствообразующим сербским народом и национальными меньшинствами. Устав Автономного края Воеводина 2009 года объединил их под одним термином «национальные общины», которые в общем составе населении Автономного края Воеводина составляют, соответственно, численное большинство или меньшинство. Кроме того, Устав Автономного края Воеводина 2009 года ввел новую абсолютно неоправданную номенклатуру краевых актов, дифференцировав, например, решения краевой скупщины и иные решения органов автономного края. Интересным является и то, что в ходе разработки и принятия упомянутого выше в статье Закона об утверждении компетенции Автономного края Воеводина 2009 года в текст этого Закона были внесены поправки с тем, чтобы служить в качестве «прикрытия» для соответствующих положений проекта Устава автономного края Воеводина, несмотря на то, что конституционность этих поправок уже на этапе разработки и принятия Закона вызывала сомнение сербских конституционалистов . В итоге, как указывалось выше, большинство из таких положений Закона были признаны Конституционным судом Сербии противоречащими Конституции.

Как результат, аналогичное ситуации, сложившейся с конституционностью ряда положений Закона об утверждении компетенции Автономного края Воеводина 2009 года, развитие событий ожидало и сам Устав Автономного края Воеводина 2009 года, значительный объем положений которого стал предметом рассмотрения дела о конституционности и законности Устава Автономного края Воеводина 2009 года в Конституционном суде Сербии. Уже 14 декабря 2009 года непосредствено после его принятия в отношении Устава Автономного края Воеводина было возбуждено производство о его конституционности и законности. В мае 2013 года были проведены публичные слушания о (не)конституционности Устава Автономного края Воеводина, а 5 декабря 2013 года Конституционным судом Сербии по этому делу было принято окончательное Решение .

Следует обратить внимание на то, что в ходе рассмотрения дела Конституционный суд пришел к выводу о том, что «…не может приступить к проверке на соответствие оспоренных положений Устава Автономного края Воеводина Конституции Республики Сербия, без предварительного ответа на принципиальный вопрос о правовой природе и характере, а значит, и предмете регулирования, устава автономного края» . Таким образом, Конституционный суд поставил перед собой задачу развить теоретические положения, изложенные в Решении от 10 июля 2012 года, и дать определяющий ответ на базовые вопросы, затрагивающие правовую природу и содержание автономии в Сербии для того, чтобы в едином концептуальном порядке дать ответы на конкретные, поставленные перед ним вопросы, затрагивающие различные аспекты организации и деятельности автономных образований в Республике Сербия. Так, Конституционный суд исходил из того, что «.автономные образования, как юридически оформленное выражение автономии, представляют собой форму территориальной организации унитарного государства и, следовательно, являются частью внутреннего государственного устройства. Поэтому основное правило, выраженное правовой теории, подтвержденное сравнительно-правовой практикой, указывает на то, что центральная власть, своей конституцией и законами, определяет степень автономности автономных образований, и это касается, прежде всего, вида и объема их компетенции, и вза-

имоотношений с органами центральной власти, а также и самой организации автономных образований или, по крайней мере, основных, ключевых элементов этой организации, что и подтверждает то, что автономные образования не располагают учредительной властью, которая бы содержала в себе признаки государственности» .

Опираясь на вышеобозначенную точку зрения, в Решении от 5 декабря 2013 года Конституционный суд Сербии занял следующие принципиальные позиции:

во-первых, «автономный край является образованием-продуктом Конституции, и, таким образом, является производным, а не оригинальным образованием», и, следовательно, устав автономного края «не может иметь характер учредительного акта»;

во-вторых, «устав автономного края в иерархии национальных общих правовых актов является общим правовым актом, юридическая сила которого ниже юридической силы Конституции и закона»;

в-третьих, «автономные единицы не обладают собственной учредительной властью, которая бы содержала в себе признаками государственности»;

в-четвертых, «автономный край не уполномочен собственными актами определять свои полномочия»;

в-пятых, к предмету устава автономного края относятся «в первую очередь вопросы, касающиеся организации и компетенции краевых органов и служб, создаваемых автономным краем, вопросы распределения полномочий между отдельными органами». Наконец, определенный интерес представляет заявленная в Решении позиция Конституционного суда о том, что «. несмотря на то, что производство по проверке конституционности и законности устава, возбужденное в порядке, предусмотренном Конституцией, соответственно, Законом о Конституционном суде, относится к компетенции Конституционного суда, тем не менее, это не значит, что Народная скупщина, именно в качестве носителя учредительной и законодательной власти, путем дачи предварительного согласия на устав автономного края не осуществляет своеобразный надзор за конституционностью и законностью этого правового акта» .

Исходя из вышеобозначенных своих позиций, Конституционный суд, установил, что ряд положений Устава Автономного края Воеводина противоречит Конституции. Среди них и положения о равенстве национальных общин в Автономном крае Воеводина, при чем, в Решении Конституционный суд подчеркивает, что термин «национальная община» не может быть распространен на сербский народ как государствообразующий народ в Сербии, что вытекает из положений статьи 1 Конституции Республики Сербия: «Республика Сербия является государством сербского народа и всех живущих в нем граждан.». Кроме того, противоречащими Конституции 2006 года были признаны положения о Новом Саде в качестве главного административного центра Автономного края Воеводины, положения об академии наук и искусств Воеводины; положения о создании Совета национальных общин в качестве «специального органа» Скупщины Автономного края Воеводина. Несоответствующими Конституции Республики Сербия были признаны положения Устава о территории Автономного края Воеводина, поскольку территориальная организация в системном порядке установлена Законом о территориальной Республики Сербия; Особо хотелось отметить то, что Конституционным судом были признаны неконституционными ряд положений,

касающихся основополагающего определения Автономного края Воеводина, который, как указывается в Решении от 5 декабря 2013 года не является автономным краем «гражданок и граждан, проживающих в нем», но Автономным краем Республики Сербия, то есть всех граждан Республики Сербия.

Что же касается самой концепции и структуры власти в Автономном крае Воеводина, то Конституционный суд Сербии признал неконституционными положения о Скупщине Автономного края Воеводина как носителе «нормативной власти» в ней, а также ряд положений о Правительстве Автономного края Воеводина как носителе «исполнительной власти», поскольку по мнению Конституционного суда Сербии носителями государственной власти в унитарном государстве могут быть только государственные органы. Более того, Конституционный суд признал «оспоримой в конституционно-правовом смысле концепцию устройства исполнительной системы Автономного края Воеводина». Исследовав содержание нормативной системы Автономного края, заложенной Уставом 2009 года Конституционный суд установил то, что оно противоречит положениям статьи 195 Конституции. В связи с этим, учитывая положения части 1 статьи 185 Конституции, в котором указано, что высшим правовым актом автономного края является устав, Конституционный суд дал официальное толкование части 3 статьи 195 Конституции, предусматривающей то, что «все общие акты автономных краев должны соответствовать их уставам, из чего следует, что среди общих актов автономных краев иерархические отношения существует только между уставом и остальными общими правовыми актами автономного края, поэтому все они, за исключением устава, обладают одинаковой юридической силой, и ни один из них не может обладать более высокой юридической силой по отношению к другим».

Итогом вынесеннного 5 декабря 2013 года Решения Конституционного суда Сербии стало то, что более чем две третьих положений Устава Автономного края Воеводина были признаны в целом или частично не соответствующими Конституции Республики Сербия. Это ставило под вопрос всю нормативную и функциональную систему Автономного края Воеводина. Именно поэтому Конституционный суд в целях обеспечения функционирования Автономного края Воеводина отложил опубликование своего решения о неконституционности положений Устава 2009 года на максимально допустимый Законом о Конституционном суде срок в шесть месяцев с тем, чтобы «в течение этого срока Скупщина Автономного края Воеводина, в качестве органа, уполномоченного на принятие Устава и Народная скупщина, в качестве органа, дающего предварительное согласие на принятие Устава, привели Устав в соответствие с Конституцией» . В результате, Народная скупщина Сербии и Скупщина Автономного края оказались в предельно сложной ситуации, поскольку опубликование Решения Конституционного суда по окончании шестимесячного срока влекло утрату юридической силы основных положений Устава Автономного края Воеводина 2009 года, при том, что остальные его нормы были выражением концепции этого акта, в отношении которой Конституционный суд установил, что она также не соответствует Конституции Сербии. В итоге, действуя в соответствии с Решением Конституционного суда, на основании части 2 статьи 185 Конституции Республики Сербия, и Решения о предоставлении предварительного согласия Народной скупщины Республики Сербия Скупщина автономного края Воево-

дина на заседании, состоявшемся 22 мая 2014 года, приняла новый Устав Автономного края Воеводина 2014 года.

Подводя итог проведенному в статье исследованию следует обратить внимание на то, что в вышеизложенных решениях Конституционного суда Республики Сербия он сумел разработать доктринальную базу установленной Конституцией 2006 года концепции территориальной автономии. Таким образом, своими решениями Конституционный суд способствовал развитию конституционного правового института автономии в Республике Сербия. В результате, при разработке нового Устава Автономного края Воеводина краевой законодатель самым тщательным образом принял во внимание не только итоговые выводы, содержащиеся в заключении Решения от 5 декабря 2013 года, но и правовые позиции, изложенные в его мотиви-ровачной части. Действующий в настоящее время Устав Автономного края Воеводина 2014 года является образцовым высшим правовым актом автономного образования, в том числе с позиции обеспечения как суверенитета государства, так и осуществления и защиты прав национальных меньшинств. Таким образом можно констатировать то, что своими решениями от 10 июля 2012 года и от 5 декабря 2013 года Конституционный суд Республики Сербия проявил себя в двух новых амплуа: искусного доктринера и надежного защитника суверенитета и территориальной целостности Республики Сербия как «государства сербского народа и всех живущих в нем граждан».

Статья проверена программой «Антиплагиат». Оригинальность 83,87%.

Список литературы:

1. Д. Сго]ановиК Уставно право. Ниш. 2009.

2. Р. Маркович. Уставно право и политичке институци’е. Београд. 2014.

3. M. Pajvancic. Komentar Ustava Rebublike Srbije. Beograd. 2009.

4. M. Па}ванчиК Уставно право. Нови Сад. 2014.

6. Odluka Ustavnog suda, IUz-353/2009. Sluzbeni glasnik RS. 67/2012.

7. Odluka Ustavnog suda, Юо-360/2009. Sluzbeni glasnik RS. 61/14.

8. Уставни судови бивших Jугословенских республика. Оливера Вучи^, Владан Петров, Дарко СимовиК Београд. 2010.

9. Р. Маркович. Уставни Суд у Уставу Републике Србии’е од 2006 године. Анали Правног факултета у Београду. 2/2007.

10. B. Milosavljevic. Ustavnopravni koncept teritorijalne autonomije u Srbiji. Pravni zivot. 12/2012.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

11. Половченко К.А. Конституционная юстиция в России и Украине (сравнительно-правовой анализ). Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук / Московский государственный институт Международных отношений. Москва. 2003.

13. Половченко К.А. Институт судебного конституционного контроля в постсоветских государствах // Вестник МГИМО. №3. 2013.

14. Половченко К.А. Особенности формирования и ответственность Правительства Республики Сербия // Пробелы в российском законодательстве.- 2016.-№5.

15. Половченко К.А. Избирательные споры как объект конституционного правосудия: на примере Сербии // Социально-политические науки. №4. 2016.

17. Половченко К.А. Особенности правового статуса президента в системе органов государственной власти Республики Сербия // Право и управление. XXI век. — 2015. — №2.